Новая этика. Как Шендерович с Макаревичем над либерализмом глумятся

Новые правила придется принять - в первую очередь тем, кто кликал и кликал их появление, воцарение и теперь уже репрессии. В этом проклятом глобальном дивном мире с отщепенцами шутить не будут.

 

Можно бесконечно долго смотреть как горит огонь, как течет вода и как олдскульные российские либералы впадают в истерику от новейших либеральных же веяний.

 

Раньше-то как было прекрасно: знай, качай и топи за права человеков - как велит моральный кодекс, как учат грантодатели, как собственный спинной мозг улавливает дискурсы и нарративы. Не забывай покусывать скрепоносцев, обличай Мордор, глумись над ватой и пиши гневные письма в защиту своих. Принимай гендерные новации как откровение Божье и сарказмируй в адрес мохнорылых.

 

И вдруг случился облом. Примерно как в основополагающем украинском анекдоте – пойдем, рукопожатные и светлолицые, ватку глаголом жечь. - А если она нас? - А нас за что?!

 

Ну, к делу. Некоторое время назад, в разгар истерики #meetoo, когда уже пинками повыгоняли отовсюду харассера и абьюзера Кевина Спейси, и ломился реальный срок Харви Вайнштейну, молодые российские журналистки прогрессивной направленности внезапно вспомнили, что сенатор Слуцкий трогал их за коленки и жарко шептал им в уши нехитрые скабрезности. Приступ гипермнезии странным образом одновременно поразил молодых искательниц публичного скандала, и они рассказали все про домогательства депутата. Их имена некоторое время были на слуху, кому-то этот PR, кажется, даже помог в продвижении.

 

Кстати, на мой отсталый вкус продвижение через рассказы о приставаниях ничем не хуже/не лучше продвижения через постель, ибо и то, и другое манипуляция в интересах собственной карьеры.

 

Помнится, как остро стебалась над сенатором либеральная тусовка – мол, сам топит за семейные ценности, а сам ищет сторонних утех. Сенатор был либеральной тусовке глубоко чужд, поэтому троллили его безо всякого снисхождения.

 

Потом скандал как будто утих, но периодически то та, то другая барышня внезапно вспоминала о липких к ней приставаниях разнообразных персонажей, и все зависело от того, из какого лагеря был харассер. Так наивно и непосредственно за своего топили, чужого топили. Потому что свои, как известно, разведчики, чужие – шпионы.

 

Дальше – больше. Когда убивал жену и расчленял ее тело либеральный персонаж, его отмазывали согласным хоровым воем, когда ровно то же делал условный патриот, в его адрес так же согласно улюлюкали. Все понимали, кто бык, кто Юпитер.

 

И вот все было до некоторых пор ровно и понятно, и вдруг случилось страшное. Память внезапно пробудилась у группы молодых и поживших дам и джентльменов, которые массово набросились с обвинениями уже в адрес самых рукопожатных, самых светлолицых, эталонно прекрасных представителей оппозиции, обвинив их в грязных приставаниях, засовываниях рук под юбку и в брюки и даже пальцев в самые укромные пещеры. Мол, жизнь наша была непереносимой и гадкой, потому что-де до нас домогались начальники и просто коллеги, и далее молчать невозможно. Да-да, те самые, срыватели грязных покровов с власти, моральные авторитеты, борцы за все лучшее против всего худшего.

 

Они не просто хватали за коленки. Выяснилось, что там и групповичок прямо в редакциях рутинно практиковался, задорная публичная мастурбация, да что там – коллективные изнасилования имели место

 


…Интересно, что первая реакция последовала как раз от условных скрепоносцев, которые протянули руку дружбы и написали слова поддержки – мол, не охренели ли вы, обличители? Мол, не верим, ведь Паша/Леша/Сережа хороший, просто с приветом, просто не знал, что щупать за коленки или там онанировать на публике больше не комильфо.

 

Потом сами герои скандала виртуально посыпали головы пеплом – мол, не вкурили новую этику, недодумали, недопоняли, просто так привыкли и считали милыми шутками. Некоторые даже громко стеная от показного стыда, ушли со своих должностей – но, как водится после подобных скандалов, кое-кто на них уже и вернулся.

 

Рукопожатная же стая в когнитивном диссонансе некоторое время напряженно сопела.

 

…А потом раздался гром. Свои голоса в полный рост подняли самые видные члены и вагины либеральной тусовки, и были они раздражены, и гневливы, и даже агрессивны, и был вечер, и было утро, день примерно седьмой.

 

Больная совесть сообщества борцов Ксения Ларина упрекает бл*дей в том, что они трясут трусами. C раздраженным дацзыбао выступает Андрей Макаревич, гвоздит активистов, убивающих чужую репутацию, намекает на то, что обличающие – суть девушки низкой социальной ответственности и пр, и пр. Напоминает гражданам о презумпции невиновности, ишь ты. И вот прямо травля ему не нравится. Потому что – а нас за что?! К нему на страницу мгновенно забегают феминистки обоего пола и всыпают ему по первое число. Особенно лютуют некрасивые, прошу прощения.

 

С еще более страстным воззванием обращается к массам Виктор Шендерович – в вольном пересказе примерно с таким посылом: если это новая этика, то видал я ее в гробу.

 

И с ними можно и нужно бы согласиться, если бы они что-то подобное написали раньше, когда, например, общественность гоняла по кочкам упомянутого сенатора. И ужасный отэц всех либералов г-н Венедиктов выражал тогда полную поддержку обиженным девочкам. И ряд СМИ бойкотировал освещение деятельности Госдумы. А параллельно свои отмазывали замаравшегося в харассменте главреда «Медузы» Колпакова, чьего раскаяния и громкого ухода с должности хватило на пару недель. И во всем этом двоемыслии особенно сильно преуспели те самые задиристые медиа, в которых работают журналисты, сегодня обвиняемые в харассменте. А теперь что же – вашим салом по вашим сусалам.

 

…Категорически и целиком осуждая липкие и пошлые приставания кого бы то ни было к кому бы то ни было и испытывая глубоко противоречивые чувства в связи с вышеописанным, я только хочу понять – любое внимание мужчины к женщине и наоборот требуется считать харассментом и абьюзингом? Любая шутка, анекдот и вторжение в личную и интимную зону? А девочек и мальчиков, которые не без пользы для карьеры принимали приглашения в гостиничные номера и начальственные кабинеты, осудить следует? А Пушкину памятники нужно сносить? Вот уж кто харассил, прям тырса летела. А Толстому, дравшему крепостных девок без разбору?

 

Я ведь не либерал, чтобы просто по свистку стаей исполнять фигуры, я понять хочу.

 

А понять придется. Всем. И новую этику принять придется - в первую очередь тем, кто кликал и кликал ее появление, воцарение и теперь уже репрессии. А то исключат вас из дружного террариума единомышленников за несанкционированные прыжки на месте, где столоваться будете? В этом проклятом глобальном дивном мире с отщепенцами шутить не будут. Чванливое презрение к родине продается только в пакете с принятием всего либерального кодекса со всеми актуальными поправками, а как вы хотели?

 

И ведь это только начало. Вам, уважаемые, еще за неполную любовь к трансгендерам прилетит. Как только этот новейший тренд борьбы за их права наконец пустит корни в долго запрягающей России, придется и ему соответствовать. А то вольно смеяться над чудиками, экспериментирующими со своими причиндалами в далеких заокеанских странах. Над американской семьей, например, в полном составе поменявшей пол. Таких тоже придется приветствовать – на полном серьезе. И не дай Бог неосторожно пошутить на эту тему. Потому что новая этика. Потому что вход рупь, а выход – два. Потому что сегодня вчера вас атаковали агрессивные феминистки, а сегодня уже и они недостаточно прогрессивны, ибо в спину им дышат новые женщины без менструаций с борьбой за свои права. И они точно найдут, что вам вменить. Уже вменяют. Так что, олдскульная гвардия, догорают ваши денечки. В спину вам дышат яростные адепты нового дивного мира. Поздно, как говорится, пить боржоми…

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
  • Самое читаемое
  • Все за сегодня
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter