Интервью с К.С. Малевичем

В истории мирового искусства нет, наверное, картины с более громкой славой, чем „Чёрный квадрат" Казимира Малевича (1879-1935), нет произведения, вызвавшего появление стольких новых стилей и течений. О «Черном квадрате» (1913-1915 годы его рождения) написаны сотни монографий и исследований, тысячи статей. Разве не удивительно, что нет другого произведения искусства, которое остаётся так возбуждающе актуальным уже более ста лет.


Мы решили обратиться к первоисточнику и взять краткое интервью у самого автора «Черного квадрата», у Казимира Малевича.


Ответы Малевича будут состоять только и исключительно из фраз самого Малевича, опубликованных давно в его многочисленных  литературных работах!


Малевич много писал, но кто это читал, кроме специалистов…  (Всё, кстати, можно найти в интернете). А лучше самого автора, кто сможет объяснить нам смысл «Черного квадрата»? Итак, начнем:


Мы помним, что футуристы отрицали великое реалистическое искусство, зародившееся, видимо, еще в Древней Греции, достигшее своей вершины в эпоху Возрождения и дошедшее до Вашего времени в стилях импрессионизма, экспрессионизма и многих других, но всегда объединенных наличием сюжета. Разве может быть произведение живописи без сюжета?


В прошедших тысячелетиях художник стремился подойти как можно ближе к изображению вещи, к передаче ее сути и смысла.


Зеркало - холст.


Передача реальных вещей на холсте – есть искусство умелого воспроизведения, и только.


Искусство натурализма есть идея дикаря – стремление к передаче видимого, но не создание новой формы.


И между искусством творить и искусством повторить – большая разница.


Творить значит жить, вечно создавать новое и новое.


И сколько бы мы ни распределяли мебель по комнатам, мы не увеличим и не создадим их новой формы.


И сколько бы ни писал художник лунных пейзажей или пасущихся коров и закатиков: будут все те же коровки и те же закатики. Только в гораздо худшем виде.


Природа есть живая картина, и можно ею любоваться. Мы живое сердце природы. Мы самая ценная конструкция этой гигантской живой картины.


Мы ее живой мозг, который увеличивает ее жизнь.


Повторить ее есть воровство, и повторяющий ее есть ворующий; ничтожество, которое не может дать, а любит взять и выдать за свое (Фальсификаты).


На художнике лежит обет быть свободным творцом, но не свободным грабителем.


Художнику дан дар для того, чтобы дать в жизнь свою долю творчества и увеличить бег гибкой жизни.


Только в абсолютном творчестве он обретет право свое.


А это возможно тогда, когда мы лишим все наши мысли мещанской мысли – сюжета – и приучим сознание видеть в природе все не как реальные вещи и формы, а как материал, из массы которого надо делать формы, ничего не имеющие общего с натурой.


Тогда исчезнет привычка видеть в картинах Мадонн и Венер с заигрывающим, ожиревшим амуром.


Но, если нет сюжета, то нет и смысла. Бессмысленная мазня получится. Как рисует маленький ребенок, или обезьяна, которой дали в лапы кисть. Вы пишете, что художник должен творить «формы, ничего не имеющие общего с натурой»? Что же тогда мы увидим на картине?


Самоценное в живописном творчестве есть цвет и фактура – это живописная сущность, но эта сущность всегда убивалась сюжетом.  Будучи живописцем, я должен сказать, почему в картинах лица людей расписывались зеленым и красным.


Живопись – краска, цвет, – она заложена внутри нашего организма. Ее вспышки бывают велики и требовательны.


Моя нервная система окрашена ими.  Мозг мой горит от их цвета.


Картина Репина – Иоанн Грозный – может быть лишена краски и даст нам одинаковые впечатления ужаса, как и в красках.


Сюжет всегда убьет краску, и мы ее не заметим.


Тогда как расписанные лица в зеленую и красную краски убивают до некоторой степени сюжет, и краска заметна больше. А краска есть то, чем живет живописец: значит, она есть главное.


Сюжет убивает цвет, т.е. живописность картины. Но окружающий нас мир - это всегда какой-то сюжет.  Живой динамичный пейзаж или натюрморт, человек или звездное небо над нами - все имеет свой смысл. И мы испытываем восторг, глядя на великие произведения живописи, которые заставляют нас по-новому взглянуть на мир. Вы считаете, что главное в живописи краска, цвет?


И вот я пришел к чисто красочным формам.


Я развязал узлы мудрости и освободил сознание краски.


И Супрематизм есть чисто живописное искусство красок, самостоятельность которого не может быть сведена к одной.


Бег лошади можно передать однотонным карандашом.


Но передать движение красных, зеленых, синих масс карандашом нельзя.


Живописцы должны бросить сюжет и вещи, если хотят быть чистыми живописцами.


Усилие художественных авторитетов направить искусство по пути здравого смысла – дало нуль творчества.


И у самых сильных субъектов реальная форма – уродство.  Уродство было доведено у более сильных до исчезающего момента, но не выходило за рамки нуля.


Если творения мира – пути Бога, а «пути его неисповедимы», то он и путь равны нулю.


Если религия познала Бога, познала нуль. Если наука познала природу, познала нуль. Если искусство познало гармонию, ритм, красоту, познало нуль.


Если кто-либо познал Абсолют, познал нуль.


Но я преобразился в нуле форм и вышел за нуль к творчеству, т. е. к Супрематизму, к новому живописному реализму – беспредметному творчеству.


Вы «вышли за нуль»? Мы помним, что понятие «нуль форм» (nihil , ничто) стало в Ваше время одним из эталонов  эстетики русского футуризма, т.к. футуристическая идеология декларировала сведение к нулю предшествующей культуры. Вы создали картину, на которой изображен нуль, ничто? Из хрестоматии для школ рисования мы знаем, что при создании реалистической картины достаточно грамотного воплощения трех принципов: Формы, рождающей композицию и сюжет, Светотени, создающей объёмность формы и Перспективы.  Тогда появляется реалистический рисунок – т.е. рисунок, который позволяет зрителю понять, что конкретно изобразил художник.


Цвет, как живая вода, оживляет картину.


Если «Черный квадрат» – это нуль перспективы, нуль светотени и нуль цвета (черный не цвет, а его отсутствие), то почему, однако форма остается и это квадрат?


Повторить ее (природу) есть воровство, и повторяющий ее есть ворующий.


Т.е., в природе есть форма круга: луна, солнце, есть форма треугольника: например, идеальная гора, а формы квадрата природа не создала. Вы нашли изображение абсолютного нуля, черной дыры, а может быть и самой смерти в форме черного квадрата?


Квадрат не подсознательная форма. Это творчество интуитивного разума.


Лицо нового искусства!


Квадрат живой, царственный младенец.


Первый шаг чистого творчества в искусстве. До него были наивные уродства и копии натуры.


Синий цвет неба прорван и вошел в белое как истинное реальное представление бесконечности.


Я победил подкладку цветного неба, сорвал и в образовавшийся мешок вложил цвета и завязал узлом. Плывите! Белая свободная бездна, бесконечность перед вами.


Я говорю всем: бросьте любовь, бросьте эстетизм, бросьте чемоданы мудрости, ибо в новой культуре ваша мудрость смешна и ничтожна.


Снимайте же скорее с себя огрубевшую кожу столетий, чтобы вам легче было догнать нас.


Я преодолел невозможное и пропасти сделал своим дыханием.


Мы, супрематисты, – бросаем вам дорогу.


Спешите!


– Ибо завтра не узнаете нас.


На этом мы закончим интервью с Малевичем и попробуем подвести некоторые итоги. Казимир Малевич впервые в истории мировой живописи создал абстрактную, т.е. беспредметную картину, изображающую «нуль», как Абсолют. «Черный квадрат» - это декларация, манифест нового искусства.


Черный квадрат, как нуль света. Антисолнце – как победа над солнцем.


На первой выставке супрематических работ, на самом видном месте, в так называемом «красном углу», где в русских домах обычно вешают иконы, висел «Чёрный квадрат». Александр Бенуа написал в газете «Речь» от 9 января 1916 г.: "Несомненно, это и есть та икона, которую господа футуристы предлагают взамен мадонн и бесстыжих венер».


Работник отдела экспертизы Третьяковской галереи, Елена Любавская сделала тщательный химический анализ черной краски, которой Малевич написал свой квадрат.


«Первый — это черный органический пигмент, но не сажа, а жженая кость, второй — это черный железосодержащий пигмент типа черной охры, и, что самое интересное, там есть арсенид меди — это очень темный пигмент, но темно-зеленый. Есть в этом составе и мел».


«Такую смесь он не мог купить в магазине. Надо было взять эти пигменты в той или иной пропорции, поэкспериментировать, добиться нужного эффекта, который мы видим на картине: глубокое, матовое, без блеска изображение. Очевидно, он добивался эффекта провала, поглощающего свет. Сказать точно, что у него было в голове, сейчас невозможно. Но то, что это выполнено технологически сложно и продуманно, — бесспорно», - считает Любавская.


Тем, кто говорит, что «Черный квадрат» уже был нарисован сотни лет назад, как «Битва негров в туннеле» и проч., мы напомним, что в картине Малевича декларируется нуль сюжета.


Тем, кто пытается обвинить Малевича в отсутствии мастерства, мы посоветуем посмотреть ретроспективу его работ.


Картина Малевича «Черный квадрат» - результат тщательного и долгого эксперимента, а не творческой спонтанности.


Да, повторить может, наверное, каждый, но, увы, поздно. Каждый может сегодня доплыть до Америки, но Колумбом при этом не станет. Слава достается только первопроходцам и первооткрывателям.


Только два примера, из многих, как развивалась идея «Квадрата Малевича» в мировом изобразительном искусстве:

 

Барнетт Ньюман, (Barnett Newman,1905-1970) заполнил «Квадратом» все пространство картины, уничтожив тем самым и форму.

 
 

«Onement VI», 1953г., 304.8 x 259.1 cm.

 

Марк Ротко, (Mark Rothko, урожденный Маркус Яковлевич Роткович, 1903-1970) на своих картинах изображал Его Величество «Цвет (Краску)», пульсирующий и вибрирующий в неясных псевдоформах.

 
 

«Номер 14»,1960г., Холст, масло. 290 x 268 см.


В завершение, напомним, что за 400 лет до Малевича, в эпоху высокого Ренессанса, только зародившаяся Гуманистическая философия ставила человека вровень с Богом. Конечно, и в средневековом христианстве подчеркивалось богоподобие человека, но только Возрождение, по существу, уравняло человека и Бога, подчеркнув, что они равны в творчестве, так как являются мастерами, «художниками», творцами окружающего мира. В какой-то мере человек даже отваживался состязаться в творчестве с Богом, ибо, по убеждению многих людей эпохи Возрождения, искусство художника выше природы.


Пико делла Мирандола (1463-1494) от имени Бога провозглашал: «Я создал тебя существом не небесным, но и не только земным, не смертным, но и не бессмертным, чтобы ты, чуждый стеснений, сам себе сделался творцом и сам выковал окончательно свой образ. Тебе дана возможность пасть до степени животного, но также и возможность подняться до степени существа богоподобного – исключительно благодаря твоей воле...».


Наделенный свободной волей человек, способен достигнуть всего, к чему он стремится, и быть тем, кем он захочет, ибо он обладает беспредельными творческими возможностями. 

 

 

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter